Ego Game (igriego) wrote in spy_modern,
Ego Game
igriego
spy_modern

Coincidentia Oppositorum

Генерал Скобелев

Как это часто бывает, понятие, которое является предметом пристального рассмотрения в течение долгого времени учёными, политиками, богословами и просто думающими людьми, находит своё краткое и ёмкое воплощение в художественной форме. В одной из моих любимых песен Б. Гребенщикова «Генерал Скобелев» некий «случайный прохожий» произносит такие знаменательные слова:

Пути Господни не отмечены в картах,

На них не бывает ГАИ.

Можно верить обществу,

Можно верить судьбе,

Но если ты хочешь узнать Закон,

То ты заметишь его в себе.

В этом небольшом поэтическом фрагменте дано направление поисков не какого-нибудь, а именно — естественного закона. Естественный, то есть присущий внутренне человеку закон занимает значительное место в работе Пауля Тиллиха «Теология культуры», на мой взгляд, хоть и не такой блестящей и ясной как его же «Мужество быть», но ничуть не менее интересной. У Тиллиха, в частности, читаем: «Естественным в классическом смысле считается закон, который заключён в сущностной природе человека».

Б.Г. в тексте песни так и не раскрывает конкретного содержания упомянутого закона, оставляя слушателям возможность самим судить о его (закона) наполнении и механизмах действия. Двойственность отношения автора и сновидца — Б.Г. к герою своего сна — генералу Скобелеву («И руки его были до локтей в землянике, а может быть — по локоть в крови») так и остаётся неразрешённой.

Не претендуя на «профессиональное» судебное разбирательство в отношении времени и истории, я просто приведу несколько вполне исторических и подтверждённых фактов, чтобы легче было понять сущность естественного закона и его отличие от законов неестественных.

Генерал Скобелев, как известно, был хорошо образован, знал в совершенстве несколько языков, был умел и порядочен в своей военной службе (по мерке некоторых современников — порядочен даже слишком, отчего имел серьёзные неприятности). Запомнился он, несомненно, своим участием в Среднеазиатской военной кампании и русско-турецкой войне. Даже ребёнок скажет вам, что все войны плохи, и так оно и есть. Но есть войны заведомо несправедливые, а есть войны неизбежные. Средняя Азия середины и третьей четверти 19 века (в частности Хивинское ханство) была одним из крупнейших центров работорговли, где на первом месте по количеству составляли рабы, захваченные в результате набегов на территорию России, а на втором месте по количеству и «цене за штуку» были пленники из Персии. Речь шла о десятках тысяч людей попавших в рабство, о налаженном «большом бизнесе».

Во время этой военной кампании Скобелев дружески общался с известным художником Василием Верещагиным (которого трудно заподозрить в симпатии к войне и насилию вообще), однако он также принимал прямое участие в боевых действиях с оружием в руках. Так что пытливый исследователь то ли истории, то ли искусства вправе задаться вопросом: а чем это там испачканы руки В. Верещагина — краской или кровью?

Причиной для начала войны России с Османской империей стали запредельные по жестокости и бесчеловечности действия турок по отношению к населению захваченных балканских стран. Только с точки зрения современного оголтелого «либерализма» и избирательной терпимости можно попытаться определить такое поведение турецких захватчиков, как попытку привить европейским жителям пресловутую мультикультурность.

Благодаря Скобелеву, в том числе, удалось сбросить 500 летнее турецкое иго с Болгарии. При этом вина или заслуга генерала с точки зрения естественного закона остаются для некоторых под вопросом.

Любопытно, что проект повторного сооружения памятника Скобелеву (первый, воздвигнутый на собранные народные деньги, простоял с 1912 по 1918 год, примерно на том месте, где сейчас стоит памятник Ю. Долгорукому) в Москве витал с конца 90-х годов. Бывший триумфальный, а ныне опальный бывший мэр Москвы Лужков несколько лет подряд обещал, что вот-вот воздвигнет памятник Скобелеву на каком-нибудь подходящем месте, но так и не успел… Наверное, можно предположить, что для кого-то борьба против рабства вовсе не является естественным человеческим законом, а герои такой борьбы соответственно не заслуживают поощрения и доброй памяти.

Тамерлан

Не менее любопытно проследить метаморфозы с памятниками в центре красивейшего Ташкента, города завоёванного Россией в числе прочих во время упомянутой среднеазиатской кампании. С 1913 года и до победы т. н. Великой Октябрьской Революции там был памятник генерал-губернатору Петру Фёдоровичу Кауфману — современнику и соратнику Скобелева. Затем это место заняла колонна прославляющая революцию сначала на арабском языке, потом — латиницей и ещё позже — кириллицей. В конце 40-х прошлого века место колонны занял памятник Сталину. С 1961 до 1968 года место над постаментом пустовало — видимо это было время неопределившихся идеалов. Потом на том же месте возник уродливый бюст К. Маркса. И наконец, после обретения Узбекистаном независимости, в благих целях определения своей идентичности, на центральном сквере был воздвигнут памятник Тамерлану на коне, в бронзе.

Тамерлан, как известно из истории и преданий, был образован, просвещён и по-своему мудр, то есть умел в политической и междоусобной борьбе. Следствием последней стали враждебные отношения Тимура-Тамерлана с ханом Тохтамышем, прежним союзником Тамерлана, а впоследствии непокорным Тимуру ханом Золотой Орды. В поисках Тохтамыша Тамерлан вторгся на территорию русских княжеств (а где, собственно, ещё искать хана Золотой Орды — не в самой же Золотой Орде) и прошёлся по ней огнём и мечом до Дона и далее до самых подступов к Москве, попутно, видимо с досады, что так и не встретил Тохтамыша, грабя и разрушая деревни и города, включая столь любимый мною Елец.

Далее по русской православной версии в момент обретения москвичами Владимирской иконы Божьей Матери, Тамерлан увидел значимый сон, после чего поспешил вернуться восвояси. По версии некоторых восточных историков Тамерлан «мирно» взял Москву, погостил в ней некоторое время, а уже потом отбыл на дальнейшие поиски Тохтамыша.

Не пытаясь оспорить неких исторических заслуг Тамерлана перед его соотечественниками, в отношении его действий на территории Руси можно явно увидеть нарушение естественного закона, ибо уж точно инициация насилия, грабежей и убийств никак не может быть заложена в человеке в качестве поступков правых и законных. Значит, руководили, в данном случае Тамерланом, некие иные правила и законы, наверное, следует предположить — внешние.

Маркиз де Сад и справедливость

Каково же взаимоотношение естественного, внутреннего закона человека с законами и правилами внешними? Например, Пауль Тиллих отвергает решающее значение внешних, небезусловных сил в отношении внутреннего, естественного закона человека. В «Теологии культуры» он пишет: «Никакая внешняя заповедь не может быть безусловной, исходит ли она от государства, личности или Бога, если Бог понимается как внешняя сила, устанавливающая закон нашего поведения. Мы не можем подчиняться приказаниям постороннего, даже если он — Бог. Точно так же не можем мы безусловно принимать содержание морального императива от чисто человеческих авторитетов, таких как традиции, обычаи, политические или религиозные власти. В них нет предельного авторитета. Человек сильно зависит от них, но они не являются безусловно действенными».

Отсюда следует, что естественный закон напрямую связан для человека с его предельным интересом (то есть с тем, к чему человек бесконечно стремится) и является проявлением предельного авторитета по своей сути. И более того: различные способы получения «окончательного» закона через вторые руки, будь то вручение скрижалей «за кустом» или извлечение золотых пластин с подробным сводом правил поведения из земли — не являются действительно истинными. Возможно — значимыми, но никак не теми, что всегда и в любой ситуации верны сами по себе.

В юности мне довелось прочитать пару книг известного ниспровергателя всяких внешних законов (моральных, этических, религиозных, юридических и прочих) маркиза де Сада. В отношении внутреннего закона, как я понял, вышеозначенный маркиз признавал только свободу, но отчего-то, с явным креном в свободу разрушительных действий, видимо, свобода созидания для него была хуже неволи. Кроме скучнейших потуг придумать какие-нибудь новые способы проявления порока, в книгах де Сада присутствуют пространные философские размышления о пользе вреда и условности всех людских законов.

Действительно же интересным в его текстах мне показался следующий момент: герои де Сада (из тех, что унижают, калечат, убивают и используют как хотят всех и вся) делятся у него на две категории. К первой (более многочисленной) относятся те, которые ни за что не признают за остальными людьми права поступить с ними подобным же бесчеловечным образом или же вообще наказать их сообразно законам и ситуации. Вторая категория (малочисленная) признаёт и за остальными людьми право поступить с ними по своему усмотрению.

Мне видится, что эти подходы очень важны для понимания естественного закона и того, что некоторые пытаются за него выдать.

Избирательность несовместима с естественным человеческим законом; закон для одних и закон для других или «закон, что дышло» относятся, несомненно, к числу извращённо понимаемых (и применяемых) «законов». Например, всякая насильственная революция после своей победы стремится не допустить более никаких других революций, а несогласные отныне будут именоваться — контрреволюционерами, мятежниками и негодяями. Таков «закон» насилия — сделать борьбу с насилием незаконной.

Итак, можно сказать, что естественному закону не присуща изначальная избирательнось, двойной стандарт, лицемерие и исключительная направленность на оправдание в любых случаях его носителя — конкретного человека. Остаётся вопрос, что же свойственно естественному закону?

Coincidentia Oppositorum

Тиллих прежде всего видит направленность естественного закона человека на Любовь. Имеется в виду любовь, как ко всему сущему, так и по отношению к вполне конкретным людям, вещам, понятиям и т.д. В то же время Тиллих подчёркивает суть человеческой ситуации — трагическое несоответствие реального бытия человека и его (человека) истинной сущности. Подразумевается, что первое, к сожалению несовершенно, а второе к совершенству неизменно стремится. Означает ли это, что в своём стремлении к совершенству человек должен пренебрегать всем бытийным и быть настолько осторожным в своих поступках, что ограничиваться исключительно чистым созерцанием? Вовсе нет.

Тиллих в «Теологии культуры» настаивает: «Человек всегда должен нарушать границы тех мест, где он находится в безопасности и которые ограничены этическими авторитетами. Он должен вступать в сферы, где нет надёжности и уверенности. Моральность, которая прикидывается надёжной, подчиняя себя некоему безусловному авторитету, вызывает подозрение. В ней нет мужества принять на себя вину и трагизм. Истинная моральность — моральность риска. Это моральность, основанная на «мужестве быть», динамическом самоутверждении человека как человека. Такое самоутверждение должно включать угрозу небытия, смерти, вины и бессмысленности».

Естественный закон, на мой взгляд, вовсе не является односторонней декларацией запретов: не ходить …, не смотреть …, не желать …, не пытаться и т.д. Более того, этот закон в отличие от многих прочих законов не содержит в себе исключительно очертания границ дозволенного. Иначе, действительно было бы достаточно указать, например — «не убий». Но дело в том, что человеческая ситуация такова, что заповеди уже нарушены и нарушаемы постоянно. Внутренний закон, как раз предусматривает ситуации, когда границы перейдены. Нарушителем может быть, как сам конкретный человек, так и другой человек или люди по отношению к нему. Именно внутреннее верное понимание конкретной ситуации и её соотнесение с естественным законом даёт возможность адекватных действий человека.

Тиллих очень верно определяет взаимодействие идеальных принципов и вполне реальных их проявлений в нашей несовершенной жизни: «… между абсолютным принципом Любви и вечно меняющейся конкретной ситуацией существуют средние аксиомы, являющиеся посредниками между ними. Такие принципы — это демократия, достоинство каждого человека, равенство перед законом и прочее».

Что же до самого содержания естественного закона, то мне кажется, что наиболее близким было бы его описание с точки зрения понятия coincidentia oppositorum. Это понятие многозначно и более чем важно в разных областях, например, в алхимии. В данном случае я обозначил бы его как: сочетание противоположностей и их взаимное дополнение. Имея главный вектор направления к Любви, естественный закон в силу своей защитной функции включает в себя понятия и побуждения к действиям от любви порой весьма далёким. Действия, в том числе и самые жёсткие, обусловлены в человеке адекватностью угрозы или уже произошедшего преступления.

Как иллюстрацию вышесказанного очень удобно привести блестящий новый фильм братьев Коэнов True Grit. Весь он имеет непосредственное отношение к закону вообще и к естественному, в частности. Стоит обратить внимание, как искренне, с большой внутренней убеждённостью главный герой готов стрелять без излишнего гуманизма в любое количество оказывающих сопротивление бандитов и он же самоотверженно и истово спасает человека от смерти. Это и есть проявление на деле свойственного для самой сущности человека естественного закона.
Кирилл Кретов
Принять участие в обсуждении статьи можно здесь.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
  • 0 comments